Разделяя горе

Что происходит с мозгом в горе – вопрос, которым учёные задались не так давно: первое нейровизуализационное исследование горя было опубликовано только в 2003 году. Но то, что они успели обнаружить за эти два десятилетия, кардинально меняет то, как психология смотрела на горе.

Горе ощущается не только как эмоция: оно затрагивает систему вознаграждения, центры боли, зоны привычек и памяти. Нейровизуализация последних лет позволила учёным увидеть эти процессы напрямую, и объяснить, почему горевание занимает так много времени. Эта статья объединяет данные нейробиологических исследований с идеями клинического психолога и ученого Мэри-Фрэнсис О’Коннор – одного из ведущих специалистов по науке о горе, автора книги The Grieving Brain.

* В 2024 году мне посчастливилось пройти сертифицированное обучение у Мэри-Фрэнсис О’Коннор по нейробиологии горя (подробнее в разделе «Обо мне»). Этот материал – краткий обзор ключевых идей, которые изменили моё понимание того, как мозг переживает потерю, и повлияли на то, как я сегодня помогаю своим клиентам в горевании.

Содержание

1. Горе и горевание: важное различие
2. Как мозг кодирует привязанность: нейронное «мы»
3. Что происходит с мозгом в горе: 7 ключевых изменений
4. Горевание как форма обучения мозга
5. Горе и депрессия – не одно и то же
6. Когда горевание «застревает»: затяжное расстройство горя
7. Как поддержать горюющего человека
8. Ключевые выводы: что происходит с мозгом в горе

Горе и горевание: важное различие

Прежде чем разбираться, что происходит с мозгом в горе, стоит уточнить терминологию. Есть принципиальное разграничение между горем и гореванием:

Горе – это острое переживание в конкретный момент: волна тоски, которая накрывает, когда ты вдруг понимаешь, что человека больше нет. Горевание – это то, как горе меняется со временем, не исчезая полностью.

В первые сто раз, когда эта волна сбивает с ног, она ощущается как катастрофа. На сто первый раз чувство может быть таким же сильным, но уже знакомым. Человек начинает понимать, как с ним справляться, к кому обратиться, что помогает. Меняется не столько интенсивность горя, сколько наше отношение к нему.

Это различие имеет практическое значение. Если ожидать, что горе однажды «закончится», то слёзы, пришедшие через годы при случайном напоминании, будут восприниматься как провал. Но с точки зрения нейробиологии это нормально: мозг просто столкнулся с сигналом, который активировал глубоко закодированную связь.

Как мозг кодирует привязанность: нейронное «мы»

Чтобы понять, что происходит с мозгом в горе, нужно сначала понять, как мозг кодирует близкие отношения.

Когда мы формируем привязанность к другому человеку (к партнёру, ребёнку, родителю), мозг не просто хранит информацию о «я» и «он» по отдельности. Он создаёт интегрированное представление – нейронное «МЫ», в котором два человека существуют как единая система.

О’Коннор использует аналогию с фантомной болью. Когда человек теряет конечность, он может чувствовать зуд или боль в том месте, где руки или ноги уже нет – потому что мозг ещё не обновил свою «карту тела». Нечто похожее происходит при потере близкого: нейронная карта «мы» сохраняет место для человека, которого больше нет, и мозг продолжает ожидать, что обе части «мы» на месте.

Роль окситоцина и дофамина

Формирование привязанности сопровождается выделением окситоцина – нейропептида, связанного с чувством безопасности и близости. Окситоцин начинает выделяться с первых минут жизни: сразу после рождения его вырабатывает и мозг матери, и мозг ребёнка, закрепляя связь между ними.

Когда близкий человек исчезает, окситоцин и дофамин (вещество, связанное с мотивацией и поиском) начинают подталкивать мозг «найти пропавшего». Мозг интерпретирует отсутствие не как окончательный факт, а как задачу: человек где-то есть, его просто нужно найти.

Что показали исследования на полёвках

Значительная часть знаний о нейробиологии привязанности и разлуки получена из работ Зои Дональдсон из Университета Колорадо, изучающей степных полёвок – грызунов, которые образуют моногамные пары на всю жизнь.

Исследования Дональдсон показали, что при формировании парной связи в прилежащем ядре (nucleus accumbens), ключевой структуре системы вознаграждения, происходят изменения на уровне укладки белков. По мере укрепления связи всё больше нейронов «специализируются» на партнёре. При разлуке наблюдается мощный выброс стрессовых гормонов, а затем постепенные транскрипционные изменения, отражающие попытку мозга адаптироваться к новой реальности.

Мозг человека значительно сложнее, но базовые механизмы во многом общие. Перестройка – это не метафора, а реальный биологический процесс, требующий времени.

Что происходит с мозгом в горе: 7 ключевых изменений

Нейровизуализационные исследования позволили выделить конкретные зоны мозга, работа которых существенно меняется в период горевания. Вот что происходит с мозгом в горе на нейробиологическом уровне.

1. Активация системы вознаграждения

Парадоксальным образом, горе активирует систему вознаграждения мозга. Исследование О’Коннор и коллег (2008) показало, что когда горюющие люди смотрели на фотографии умерших близких, наблюдалась повышенная активность в структурах, связанных с удовольствием и мотивацией [2]. Мозг продолжает ассоциировать образ близкого с вознаграждением – с теплом, безопасностью, радостью. По сути, мозг «тоскует» на нейрохимическом уровне.

2. Активация центров физической боли

Горе активирует те же области мозга, которые обрабатывают физическую боль. Когда человек говорит, что потеря «физически болит», это не гипербола – нейронные контуры, отвечающие за телесную боль, действительно вовлечены. Отсюда тяжесть в груди, ломота в теле, истощение, которые сопровождают горевание.

3. Гиперактивация миндалевидного тела

Амигдала – небольшая структура, отвечающая за обработку эмоций и угроз. У горюющих людей наблюдаются изменения в функциональных связях амигдалы. Она находится в состоянии повышенной готовности, обрабатывая поток интенсивных эмоций, связанных с потерей – страх, гнев, тревогу.

4. Конфликт между памятью и привычками

Одно из самых интересных открытий о том, что происходит с мозгом в горе, касается конфликта двух систем. Декларативная память фиксирует факт смерти – мы помним звонок, похороны. Но система привычек хранит паттерны, сформированные годами: ожидание увидеть человека за завтраком, импульс набрать его номер. Система привычек обновляется медленно, только через повторяющийся опыт.

Именно этот конфликт (когда ты «знаешь», что человека нет, но «ожидаешь» его) создаёт дезориентацию, характерную для острого горя.

5. Выброс стрессовых гормонов

Потеря запускает мощную стрессовую реакцию: повышается уровень кортизола, что влияет на сон, аппетит, иммунитет и когнитивные функции. Хронический стресс горевания может иметь долгосрочные последствия для здоровья – это одна из причин, по которым исследователи рассматривают утрату как фактор медицинского риска.

6. Изменения в дофаминовой мотивации

Дофаминовая система, обычно мотивирующая нас к действию, при горе перенаправляется на поиск утраченного человека. Это объясняет навязчивые мысли, «сканирование» толпы в поисках знакомого лица, неспособность переключиться на другие задачи.

7. Постепенная нейронная перестройка

Со временем мозг начинает адаптироваться. Транскрипционные изменения, наблюдаемые в исследованиях на полёвках, указывают на то, что нейронная перестройка – это не одномоментное событие, а длительный биологический процесс. Мозг буквально переписывает свои ожидания, привычки и прогнозы, и на это уходят месяцы и годы.

Горевание как форма обучения мозга

Понимание того, что происходит с мозгом в горе, помогает увидеть этот процесс не как застревание, а как работу. Получается, что с точки зрения нейробиологии горевание – это форма переобучения.

После потери человеку приходится заново учиться жить: что значит выходить на пенсию, если человека, с которым планировал это делать, больше нет? Как проводить праздники? Что делать с привычкой делиться новостями? Каждая такая ситуация – это момент обучения, в котором мозг обновляет свои предсказания.

Представьте, что вы берёте телефон, чтобы позвонить маме и рассказать что-то важное, и осознаёте, что звонить больше некому. Это не сбой работы мозга. Наоборот, это его активная работа по переучиванию.

Со временем тоска (центральное переживание горя) постепенно уменьшается, а принятие растёт. Но процесс нелинеен: на годовщины и праздники горе может возвращаться с прежней силой. Это не откат, а нормальная часть траектории – мозг столкнулся с контекстом, в котором отсутствие особенно заметно.

Горе и депрессия – не одно и то же

Данные клинических исследований и нейровизуализации явно показывают, что горе и депрессия – это разные нейробиологические процессы, хотя они могут сосуществовать. Горе сфокусировано на конкретном человеке – это тоска по нему, желание его возвращения. Депрессия носит более глобальный характер: затрагивает отношение к себе, к работе, к прошлому и будущему. Человек может горевать без депрессии, быть в депрессии без горя, или переживать оба состояния одновременно.

Это различие важно для практики: подходы к поддержке и лечению этих состояний различаются.

Когда горевание «застревает»: затяжное расстройство горя

Большинство людей постепенно находят путь к восстановлению. Исследователь Джордж Бонанно показал, что подавляющее большинство проявляют устойчивость: находят способ вернуться к осмысленной жизни. Но иногда горевание «застревает». Это состояние (затяжное расстройство горя или prolonged grief disorder) было официально включено в DSM-5-TR как клинический диагноз с конкретными диагностическими критериями. Важно понимать: речь не о «слишком долгом» горевании в бытовом понимании. Это серьёзное состояние, при котором человек оказывается заблокирован в горе и не может выбраться из него самостоятельно. По разным данным, оно развивается у 5–12% людей, переживших утрату.

Психотерапия затяжного горя, разработанная Кэтрин Шир из Колумбийского университета, включает несколько компонентов: работу с избеганием (которое имеет тенденцию расширяться), экспозицию к болезненным воспоминаниям, развитие навыков эмоциональной регуляции и восстановление вовлечённости в жизнь. Данные показывают, что эта терапия эффективна даже для людей, живущих с затяжным горем более десяти лет.

С точки зрения нейробиологии, чтобы мозг мог научиться новому, ему необходим новый опыт, а избегание как раз блокирует это обучение.

Как поддержать горюющего человека

Понимание того, что происходит с мозгом в горе, помогает выстроить правильную поддержку. Самая частая ошибка – попытка подбодрить, «переключить» на позитив. Намерение понятно, но для горюющего это часто усиливает изоляцию. Он переживает нечто пугающее и незнакомое, а ему предлагают сделать вид, что всё в порядке.

Более полезная стратегия – просто быть рядом и дать выбор: «Хочешь поговорить? Или молча прогуляемся? Или пойдём куда-нибудь отвлечься?» Не навязывать формат поддержки, а предложить варианты.

Если человек после потери вспыхивает раздражением или ведёт себя нехарактерно – это не «плохой характер» и это не «неблагодарность». Это его мозг в состоянии перегрузки и в процессе болезненной перестройки. Терпение и забота с вашей стороны могут значить очень много.

Ключевые выводы: что происходит с мозгом в горе

Итак, что происходит с мозгом в горе? Это не просто «грусть», и точно не депрессия. Это комплексный нейробиологический процесс:

• Мозг кодирует близкие отношения как часть собственной идентичности – нейронное «мы». Потеря переживается как утрата части себя.
• Система вознаграждения «тоскует» по близкому, центры боли обрабатывают утрату как физическое повреждение.
• Система привычек не может обновиться мгновенно – отсюда дезориентация и ощущение, что мир перестал быть понятным.
• Горевание – это форма обучения, через которую мозг перестраивает свою модель мира.
• Процесс нелинеен, занимает время и не имеет чёткой конечной точки.
• Но он свидетельствует о нашей способности формировать глубокие связи, которые продолжают жить в нейронных контурах даже после того, как человека больше нет рядом.

* Понимание нейробиологии горя – это не просто теория. Это то, что помогает бережнее относиться к себе в один из самых трудных периодов жизни и знать, что ваш мозг не сломан – он учится. С 2023 года я сопровождаю людей в горевании, и если вы ищете специалиста, который понимает этот процесс изнутри, буду рада помочь. Связаться со мной можно в Телеграм.

Источники